Одену ночь,
Обую холод.
И выйду в очень
Испорченный город,
Где в лужах опять
Отражается то,
Что люди скрывают
От всех под пальто.
Где небо земле
Бросит вызов:
«К барьеру!»
И небо ей первым
Ответит в дуэли.
А капли, как пули,
В землю ложась,
Шутя превращают
Кладбище в грязь.
И плачут портреты
На плитах надгробных,
Не понимая
Шуток подобных.
Смеюсь над их плачем
Кощунственно я.
…Испорченный город
Испортил меня.
